В апреле на телеканале «Дискавери» стартовала программа «Спецотряд на задании», в которой рассказывают о работе московской полиции. О преступности в Москве, братстве ОМОНа и о красоте русских фуражек «Комсомолка» поговорила с продюсером этого проекта Алленом Шейдом.

«Министерство внутренних дел никак на нас не давило»

- Как появилась идея этой программы?

- Мы видим полицейских каждый день на улицах, но это — только вершина айсберга. И в какой-то момент я подумал — я никогда не видел подобного шоу в Европе. Я просто не мог пройти мимо этой идеи. На самом деле, это хорошая история, которая интригует. И я подумал: почему бы нет? Мы начали проект около года назад.

Первые полгода ушли на исследование проблемы и логистику. Помимо Москвы, мы также снимали в Варшаве и Бухаресте. Собственно, снимали мы с октября, причем одновременно во всех трех городах.

- Министерство внутренних дел РФ говорило вам, что и как вы делать?

- Ну что вы, что вы, нет! Это телевизионный проект для телеканала Discovery. Но вообще ваше министерство очень помогало нам в процессе съемок, как и все структуры полиции. Оно было полностью открыто нашим идеям. Очень дружелюбные люди там работают. Для меня, американца, это была огромная честь, работать с вашими полицейскими. Особенно если вспомнить все эти ужасы холодной войны. Никакого давления с их стороны мы не чувствовали. Никто нам не говорил, куда идти и что делать, никто нас не ограничивал.

- Как все было организовано с технической точки зрения?

- Мы хотели сфокусироваться на одном подразделении, чтобы рассказать реальную историю реальных людей. В основном работали с о спецподразделениями ОМОН, ТИГР и СОБР, они же Рысь. Они очень хорошо подготовлены, работать с ними одно удовольствие. Вообще, нам интересно было посмотреть на честных, хорошо подготовленных, хороших полицейских.

- И сколько рейдов удалось посетить?

- Где-то около 10. Но это не совсем даже рейды, а так называемые тактические миссии. Какие именно? Ну нет, этого я вам рассказать не могу (смеется). Смотрите нас по телевизору. Например, мы были на операции по задержанию очень серьезных воров. Это было очень впечатляюще. Кроме того, мы видели очень сильную преступную группировку.

- Каким было ваше первое впечатление от наших полицейских?

- Знаете, что мне сегодня с утра сказал мой русский переводчик? Он работал с нами все время на площадке, а после подошел и признался — я и не подозревал, что наши российские ребята такие славные, они самые крутые из всех, кого я когда-либо встречал. Он просто никогда не думал, что полиция в России может быть такой профессиональной и эффективной.

Один из сотрудников МВД, помогавший мне на съемках, он такой большой и серьезный мужчина. Так вот, он, вероятно, самый доброжелательный человек, которого я когда-либо встречал. Он не просто думал о нашей безопасности — он как-то очень трогательно создал нам комфортные условия для работы.

«В Москве спокойнее, чем в Нью-Йорке»

- И все же, чем наши полицейские отличаются от своих европейских коллег?

- У каждого города — своя специфика. Поэтому у российских полицейских есть свои характерные методы работы и процедуры — они зависят от тех преступлений, которые наиболее распространены здесь. Например, в Бухаресте и Москве очень популярны мелкие кражи на улицах. Но, поверьте, в Нью-Йорке ситуация еще хуже — если вы решите прогуляться по Таймс-сквер с кошельком в кармане, через 20 секунд вы с ним уже точно расстанетесь навсегда.

Полицейские всех стран сталкиваются с примерно одинаковыми преступлениями. Но их одежда и оружие зависит от множества факторов — от архитектуры, специфики уличного движения. На мой взгляд, весьма распространенная проблема Москвы — кражи автомобилей. И вообще-то, у вас в городе работает великолепная система по поиску и возвращению угнанных машин.

- А как же особенности менталитета?

- Есть, конечно, своя специфика. Обучение и подготовка полицейских зависит напрямую от того, какие преступления у них распространены больше. У русских и французов, например, другое оружие, отличные методы работы. Но что самое интересное — русские выше и сильнее. Вообще больше с физической точки зрения. Надеюсь, французские копы на меня не обидятся за такое…

Например, у нас в Америке число преступлений в разы больше, чем в Европе. Это возмутительно, но так оно и есть. Каждые 30 секунд мы в Нью-Йорке слышим вой сирен! В новостях каждый день нам рассказывают про очередную перестрелку. А все потому, что в Штатах просто запредельное количество оружия. Вы не разгуливаете по улицам с ружьем в руках, как это делаем мы, американцы. Так что русские просто лишены тех проблем, с которыми сталкиваемся мы.

- То есть в России преступления случаются реже, чем в Америке?

- Да, в Москве спокойнее, чем в Нью-ЙоркеВ Штатах очень много банд, а у вас в России их почти нет. Наши банды вроде Crips и Bloods (известные банды Лос-Анджелеса, специализирующиеся на торговле наркотиками — прим. Ред.). Это в основном молодые парни, от 12 до 35 лет, которые связаны друг с другом теснее, чем с членами собственной семьи. И у каждого есть пушка. И мне больно смотреть, как 12-летний ребенок заходит в школу и стреляет в других детей. Это трагедия.

- Ну, наверное, у нас и других преступлений хватает?

- Я знаю, что русские не очень-то высоко ценят своих полицейских. И совершенно напрасно. Честно говоря, в Москве не такая уж высокая преступность. В сравнении с другими городами ваши полицейские работают очень и очень неплохо. Например, у вас в городе работает великолепная система по поиску и возвращению угнанных машин.

«Фуражка — самый красивый головной убор»

- А как вам форма наших копов?

- Я уже видел новые образцы — выглядит неплохо! Думаю, это форма — идеальный выбор для города. Ваши полицейские будут выглядеть дружелюбнее и будет больше располагать к себе людей. Но больше всего мне нравится ваши фуражки. Такие большие и круглые шапки. Мне они очень нравятся, но в Штатах полицейские их не носят. Еще когда я был мальчиком, я видел ваши фуражки в фильмах про русских и мечтал примерить такую. Мне всегда было интересно узнать, кто их придумал.

- Мечта детства сбылась?

- О да, под конец съемок я раздобыл нашивки на рукава и фуражку. Так что теперь у меня есть глупая фотография на память. Вообще, вся эта история с проектом «Спецотряд на задании» — моя детская мечта, ставшая реальностью.

- Какой эпизод запомнился больше всего?

- Однажды я пошел с ними в тренировочный зал. Так вот, первое время у нас не получалось даже отснять все на камеру — настолько быстро и эффективно работали ваши парни. Просто молниеносно! Еще мы были на учебном задании по захвату преступников в здании. 60 секунд — и они прошли уже все комнаты в здании, уложили на пол «плохих» парней и освободили «заложников». В конце концов, нам пришлось просить их работать помедленнее (смеется — прим. Ред.) и повторить «захват» раз пять.

И никаких возражений с их стороны — они были очень дружелюбны и открыты. И это при том, что стояли морозы, была метель, и все ужасно замерзли. А они работали по 12 часов в сутки, день за днем! И ни разу я не услышал от них ни слова возражений, ни одной жалобы

- А что вы думаете про русских женщин-полицейских?

- Ваши девушки-копы просто очаровательны. Между парнями и девушками в российской полиции очень дружественные отношения. Да и вообще, все спецподзразделение ОМОН — а это около 20 тысяч человек по всей стране — как одна большая семья. И даже когда они не на задании, они все равно как семья. И они очень трогательно заботятся друг о друге.

Мужчины уважают женщин — никакой дискриминации или сексизма. Говорят, что в России с этим проблемы. Я, во всяком случае, ничего подобного не увидел. Зато мы увидели, как сильно они поддерживают друг друга. Это потрясающе!

- Приятно слышать. Вообще в России есть несколько не очень-то лестных стереотипов об омоновцах и других полицейских

- Да, я слышал, что некоторые думают, что в ОМОН идут только те, кому некуда больше податься, и что они не очень умные. Все это полная чушь! Конечно, я ничего не знаю об их прошлом, но я точно знаю — они хорошие честные люди, защищающие вас от преступников и негодяев. Ваши полицейские очень умные — и, откровенно, говоря, чтобы быть сообразительным и толковым человеком, не нужно так уж много учиться. Все зависит от того, что у тебя в голове — и что в сердце.

Они и вправду очень профессиональные. И они действительно преданны своей работе. Насчет наших S.W.A.T. Тоже есть несколько неприятных стереотипов. Так что это нормально.

«Ваши полицейские прекрасно работают на митингах»

- Многие москвичи сталкиваются с ОМОНовцами только на митингах…

- В декабре я видел огромные митинги на Манежной и Болотной площадях. Тысячи людей пришли, чтобы выразить свой мирный протест. Я был впечатлен общей картиной — и тем, как вели себя протестующие, и тем, как вели себя омоновцы. В конце концов, никто не хочет уличных беспорядков. Русские полицейские сработали очень профессионально — они были дружелюбны и готовы помочь, и в то же время полностью контролировали ситуацию. Я восхищаюсь вашими копами. Думаю, вы тоже должны ими гордиться.

- Чему стоит поучиться нашим копам у американских и европейских коллег?

- Всем нам есть, чему поучиться друг у друга. Но как американец, поработавший с вашими копами, могу сказать — менять не нужно ничего. Ведь дело не в одежде, оружии и даже не в тактических наработках — дело в человеке. В том, что у него в голове и что в сердце. И мы приехали снимать ваших полицейских как раз потому, что считаем их настоящими профессионалами своего дела.

- Сколько будет эпизодов?

- 6-7 серий. Но может быть и больше — если русские тепло примут фильм, мы будем продолжать. Мы обещаем показать вам настоящих выдающихся полицейских. И это ваши московские ребята. Думаю, каждый россиянин должен посмотреть этот фильм, потому что вокруг полицейских всегда есть тайна, загадка.

- Не пытались ли они играть на камеру и выглядеть лучше, чем они есть на самом деле?

- Они профессионалы и вели себя естественно. Они были сконцентрированы на своей миссии, и мы старались их не отвлекать.

- Были ли моменты, когда на съемочной площадке вам было немного страшно?

- Вообще, я бывал в горячих точках и уже освещал конфликты, так что вряд ли я мог так уж сильно испугаться. А вообще, я был в надежных руках. Так что причин бояться у меня просто не было.

- Вы согласовывали результат с Министерством внутренних дел? Просили ли они убрать что-то из фильма?

- Нет. Никакого давления с их стороны не было, единственный цензор — это я сам.  Это реальность. Конечно, они видели результат — и настаивал на этом я. Просто из соображений безопасности для тех ребят, которых мы снимали.

- Снимали ли вы дома у полицейских, видели их быт?

- Нет, потому что это значило бы создать для них ненужный риск. Их личная жизнь — это совсем другая история. Нам интересно было увидеть, что и как делают полицейские, с какими проблемами они сталкиваются день за днем.

- А на улицах вы не сталкивались с полицейскими?

- Ну вообще-то я смог попасть на это интервью только благодаря полицейскому. Я потерялся и спросил дорогу у полицейского на улице. Я показал ему адрес на русском, и он проводил меня до нужного места. При этом он вполне неплохо говорил по-английски. Я видел многих полицейских в метро, общался с ними. Все они отзывчивые и дружелюбные. Хороший полицейский — это хороший полицейский, не важно, на каком языке он говорит.

И в России хорошие копы. Я совершенно искренне говорю сейчас — с этими ребятами я бы пошел на любое самое опасное задание.

(Источник)